Сентябрь 10, 2018

«Наша Арктика» против «Глобального Севера»

Smtunli/Wikipedia
Памятник Ленину на острове Шпицберген.
Памятник Ленину на острове Шпицберген.

На советских картах границы «полярных владений СССР» обозначались пунктирным полукругом, доходившим в своей высшей точке до Северного полюса.

Подобных геополитических претензий не изображала на своих картах ни одна другая приполярная страна (хотя территория Гренландии, например, к полюсу ближе всего).

С начала ХХ века на Северном полюсе побывало множество экспедиций из самых разных стран со своими национальными флагами. Но поскольку льды там постоянно движутся, а иногда и открывается водная поверхность, никакого флага в точке полюса стационарно закрепить нельзя. Однако в 2007 году произошло весьма знаковое событие. Члены российской полярной экспедиции опустились в батискафах на дно океана, где расположен полюс, и установили там титановый флаг РФ. Это выглядело крайне символично: «Полюс все-таки наш!»

1. Глобальный Север и советская «битва за Арктику»

Кто первым побывал на Северном полюсе? – до сих пор дискуссионный вопрос. В США официально считается, что этой точки впервые достигла в 1909 году экспедиция американского инженера Роберта Пири, но многие мировые исследователи подвергают этот факт сомнению. Как бы то ни было, экспедиции, ставившие своей целью «открыть Северный полюс», снаряжались из Великобритании, США, России, Норвегии, даже из Италии. И само по себе национальное многообразие этих экспедиций говорит о том, что освоение Арктики было именно глобальным процессом.

Так, например, архипелаг Земля Франца-Иосифа был открыт в 1873 году экипажем исследовательской шхуны из Австро-Венгрии, который и дал ей это название. В 1878-1880 годах Северный морской путь от Норвегии до Берингова пролива впервые полностью прошла шведская экспедиция на барке «Вега». Российские арктические исследователи были частью этого общемирового первооткрывательского движения.

Но затем большевистская доктрина, противопоставившая советский режим всему миру, отразилась и в отношении к Северу. В СССР стало расхожим выражение «битва за Арктику» – что подразумевало не только преодоление сурового климата, но и, прежде всего, столкновение с другими странами.  

В этой «битве» СССР резко отличался от других своими целями и методами освоения полярных пространств. Конечно, многие страны были заинтересованы в богатых ресурсах Арктики, но только «самая прогрессивная» стала массово строить концлагеря, где заключенные добывали эти ресурсы. Шахты Воркуты и Норильска были выкопаны зэками. Север с тех пор получил устойчивую ассоциацию с ГУЛАГом.

Также СССР начал стремительную милитаризацию Арктики. Апогеем этого процесса можно назвать ядерный полигон на Новой Земле, где в 1961 году была взорвана «Царь-бомба» мощностью 58 мегатонн – это, для сравнения, 3800 «Хиросим»! А всего с 1955 по 1990 год на этом полигоне состоялось 132 ядерных испытания. Конечно, для природы этих территорий это означало абсолютную катастрофу – но экология в советской системе ценностей всегда стояла на последнем месте. С созданием ядерного полигона коренное ненецкое население Новой Земли было выселено. И в целом, следует заметить, что малые народы российского Крайнего Севера постигла гуманитарная катастрофа, сравнимая с ядерной.

Построенный в российских заполярных регионах и на островах Северного Ледовитого океана мощный «военный щит» оправдывался ожиданием «американской агрессии». Многочисленные ракетные базы, военные аэродромы, локаторные станции – это была чрезвычайно дорогостоящая инфраструктура. И в конце концов, тоталитарная и устаревшая советская экономика просто не смогла ее содержать.

Интересна специфика архипелага Шпицберген (Свальбард). Он принадлежит Норвегии, однако на нем долгие годы существовали и советские шахтерские поселки. Цивилизационный контраст между ними и норвежской частью был весьма резок. И в конечном итоге, советская «битва за Арктику» была проиграна не на военном, а на экономическом поле. Когда шахты стали нерентабельны, многие советские граждане вернулись на «большую землю», но те, кто привык к Арктике (она вызывает привыкание), предпочли заключить контракты с норвежцами и остались здесь жить. Столица Свальбарда Лонгйир – самый северный в мире город с населением 2000 человек, но со всеми современными возможностями. А кстати, самый северный в мире памятник Ленину также остался неподалеку – в законсервированном советском поселке Пирамида.

2. Временное возвращение из «советской Арктики»

Встреча Рональда Рейгана и Михаила Горбачева в 1986 году в Рейкьявике знаменовала собой начало выхода из эпохи Холодной войны. И в этом контексте показательно, что именно в исландской столице состоялись первые советско-американские договоренности о демилитаризации Арктики.

В отличие от предыдущих советских руководителей Горбачев говорил об «общечеловеческих ценностях», что существенно изменило политику в том числе и по отношению к Северу. Арктика вновь стала восприниматься как сфера глобальных интересов, а не «поле битвы» с другими странами. В 1990-е годы возникли новые международные организации – Северный форум, Арктический совет и т.д. – посвященные экономическому, научному и культурному сотрудничеству приарктических стран.

Президент Исландии Олафур Рагнар Гримссон в 1998 году выдвинул инициативу создания Северного Исследовательского Форума, который был призван объединить широкий круг общественных и академических деятелей разных стран, разрабатывающих новые проекты развития северных территорий. Вторая Открытая встреча Форума, собравшая сотни участников из разных стран, состоялась в 2002 году в Великом Новгороде и по древней традиции этого города называлась «Северное Вече». В Почетный совет Форума вошел и экс-президент Эстонии Леннарт Мери.

Этот Форум фактически являлся первым и последним масштабным международным мероприятием на северную тематику в России. Начиналась «путинская эпоха», которая неуклонно вела страну к новому противостоянию с окружающим миром и изоляции. В 2015 году Информационное бюро Совета министров северных стран было объявлено в России «иностранным агентом», а его представительства в Санкт-Петербурге и ряде других российских северных городов закрыты.

3. Империя вновь идет на Север

В 2013 году профессор московской Высшей школы экономики Сергей Медведев устроил грандиозный медийно-политический скандал всего лишь одним своим комментарием в Facebook:

«Прожив некоторое время на Чукотке, я твердо знаю, что Россия в Арктику ничего хорошего не принесла и не принесет. Арктика – это уникальный и хрупкий объект всемирного природного и культурного наследия. По-хорошему у России как у несправившегося и безответственного хозяина Арктику надо отобрать и передать под международную юрисдикцию, подобно Антарктиде, с полным запретом на хозяйственную и военную деятельность».

Это высказывание вызвало резкую критику в СМИ и Госдуме. Автора обругал даже лично Путин, заявив при этом:

«Арктика – неотъемлемая часть Российской Федерации, находящаяся под нашим суверенитетом в течение нескольких веков. Так оно и будет оставаться во все последующие времена».

Причина столь нервной реакции была, очевидно, в том, что вольнодумный профессор «покусился на святое». Именно в Арктике и на приарктических территориях (Ямал) добывается более 80% российского газа, который является главной статьей экспорта. После резкого скачка мировых цен на углеводороды в начале 2000-х годов именно нефтегазовые сверхприбыли вскружили Кремлю голову и привели к возрождению имперских амбиций.

В последние годы активные дипломатические усилия на «северном фронте» Россия прикладывает к тому, чтобы доказать свое право на расширение границ в Арктике. В 2016 году профильная комиссия ООН приступила к рассмотрению российской заявки, в которой утверждается, что значительная часть дна Северного Ледовитого океана (подводные хребты Ломоносова и Менделеева) является продолжением континентального шельфа. Согласно Конвенции по морскому праву, это означает, что экономическая зона, принадлежащая России, может быть расширена за пределы установленных ныне для каждой приарктической страны 200 морских миль. По расчетам экспертов ООН, на этой территории находится около 30% всех неосвоенных газовых месторождений мира, стоимость которых оценивается в десятки триллионов долларов.

Однако даже если представить, что эти арктические пространства сегодня признают российскими, никакой газодобычи там не начнется. При существующих технологиях она абсолютно нерентабельна – затраты многократно превосходят стоимость продукта. А когда нужные технологии будут разработаны – человечество, вероятно, уже освоит другие виды энергии, по сравнению с которыми нефтегаз станет топливом вчерашнего дня.

Но империя не понимает законов истории – она живет только сегодняшним днем. Точнее даже – вчерашним, все еще стремясь к самоцельной экспансии. Тогда как Глобальный Север требует глобального отношения. А без него возвращается советское отношение к Арктике – варварский экономический утилитаризм с элементами лагерной системы. Символично, что украинского режиссера Олега Сенцова отправили в колонию Лабытнанги на Ямале, появившуюся еще в сталинские времена.

И главная в этой реставрации – милитаристская составляющая. В 1990-е годы российские военные из Арктики практически ушли, оставив только пограничников. Но в последние несколько лет за полярным кругом вновь развернута полноценная войсковая группировка и проводятся регулярные учения. И вновь это оправдывается, как и в СССР – необходимостью защиты от «американской агрессии». Хотя у США подобных крупных военных баз в Арктике просто нет.

Обратим внимание на две довольно подробные для открытой прессы публикации последних лет. Например, RT в статье 2016 года «Холодный расчёт: как Россия обходит Запад в военном освоении Арктики» сообщает:

«1 декабря 2014-го, к выполнению боевых задач приступило Объединённое стратегическое командование (ОСК) «Север». Эта структура больше известна как арктическая группировка войск… В подчинении этой командной структуры находятся корабли, подводные лодки, морская авиация, береговые войска и подразделения противовоздушной обороны, несущие дежурство от Мурманска до Анадыря.

Ударную мощь Северного флота, который вооружён широким спектром баллистических и крылатых ракет (в том числе с ядерными боеголовками), подкрепляет растущее количество средств ПВО и авиационной техники. На сегодняшний день за Полярным кругом дислоцированы несколько полков, оснащённых зенитно-ракетными комплексами С-400 «Триумф». Их прикрывают артиллерийские комплексы «Панцирь» и береговые противокорабельные комплексы «Бастион» и «Рубеж».

Предполагается, что по мере запланированного восстановления 13 арктических аэродромов ОСК «Север» будет пополняться бомбардировщиками Су-24, Су-34, штурмовиками Су-25, истребителями-перехватчиками МиГ-31 и вертолётами Ми-8АМТШ-ВА «Терминатор». Также на аэродромах в случае необходимости будут приземляться стратегические бомбардировщики Ту-22М3, Ту-95МС и Ту-160.

Согласно последней информации, в регионе завершено строительство шести военных баз. Пять из них расположены на островах: Котельный (Новосибирские острова), Земля Александры (архипелаг Земля Франца-Иосифа), Средний (Северная Земля), в посёлке Рогачёво (Новая Земля) и на острове Врангеля. Ещё одна военная база дислоцирована на мысе Шмидта (Чукотский автономный округ). В Арктике были восстановлены практически все городки замкнутого цикла и боевые позиции, оставленные после распада СССР».

Статья на портале FB.ru «Арктические войска России: техника, форма, фото» также весьма содержательна и иллюстративна. Финальный вывод автора звучит так:

«Военное присутствие и наращивание потенциала в северных регионах страны минимизирует вероятность начала вооружённого конфликта».

В действительности, все обстоит ровно наоборот. Интенсивная милитаризация Арктики, которую оправдывают «обороной российских рубежей», по факту превращается в наступательную силу. И это влечет за собой нарастание напряженности в полярном регионе, через который проходит кратчайшее расстояние между восточным и западным полушариями. Россия явно хочет видеть по ту сторону полюса «потенциального противника» – но, например, на арктическом побережье Канады нет аналогичной военной инфраструктуры.

Нынешнее российское отношение к Арктике – сугубо имперское по своему смыслу, где все территории делятся на «наши» и «вражеские», а цель состоит в расширении «наших». При этом жизнь обычных людей империю не интересует. Очень показателен контраст по уровню развития двух соседних арктических регионов – Чукотки и Аляски. Последней исторически очень повезло, что она не осталась «нашей»!