12 октября, 2020

Арктика раздора – против кого «дружат» Китай и Россия?

ZUMAPRESS.com/Scanpix
Интерес к Арктике у Китая растёт. На фотографии первый полярный Ледокол Xuelong2 или Снежный Дракон 2,построенный в Китае . В этом году, этот Ледокол, начал свою полярную экспедицию в Арктику.
Интерес к Арктике у Китая растёт. На фотографии первый полярный Ледокол Xuelong2 или Снежный Дракон 2,построенный в Китае . В этом году, этот Ледокол, начал свою полярную экспедицию в Арктику.

Учитывая ускорение наступления Китая на Север, где Россия вряд ли сможет удержать свои позиции длительный период и, скорее всего, окажется в роли «младшего партнера», США и их союзникам по НАТО придется выработать адекватный ответ.

С сентября произошло как минимум два события, которые были охарактеризованы в российских новостях как угроза для Москвы и возвращение к временам холодной войны, когда Арктика была одним из театров военных действий противоборствующих сторон. Так было прокомментировано развитие позиций НАТО в Арктическом регионе. В частности, 17 сентября 2020 года в Городе Норфолк, штат Виргиния, было официально открыто Объединенное Атлантическое командование, которое будет обеспечивать безопасность морских коммуникаций в Атлантике – между Северной Европой и Атлантикой. Также командование будет планировать, готовить и проводить операции от восточного побережья США до Фареро-Исландского рубежа (GIUK gap), в Арктике[1]. С 1 октября заработал новый механизм операционной координации между Объединенным командованием ВМС НАТО (MARCOM) и Датским Объединенным арктическим командованием (JACO) в Гренландии. Среди основных задач JACO – обеспечение суверенитета и военная защита Гренландии и Фарерских островов. В рамках же расширенного сотрудничества между MARCOM и JACO будет проводится постоянный обмен информацией и проведение ежемесячных координационных встреч, и участие в учениях[2].

Говоря же о соперничестве в Арктике, нельзя не упоминать про присутствие Китая, которое становится все более весомым. И пока это еще не военная составляющая, а влияние в экономической и инфраструктурной сферах. Взаимные обвинения и соответствующие ответные действия в первую очередь Вашингтона, Москвы и Пекина относительно милитаризации Арктического региона, усиления конкуренции и территориальных претензий уже меняют геополитическую обстановку в регионе. В первое десятилетие 21 века Арктика еще являла собой регион без значительных противоречий, по крайней мере явных. Даже после аннексии Крыма Россией, начала войны на Донбассе в 2014 году и соответствующим введением против РФ санкций США и ЕС, дискуссионная платформа в виде Арктического совета продолжала работать. Созданный в 1996 году как межправительственная организация, совет собирал для поиска решений в научных, экологических, инфраструктурных сферах представителей арктических стран и стран-наблюдателей. Однако сегодня арктические страны следят не только за Россией, но и за Китаем, а также за совместными проектами этих стран в Арктическом регионе. Тем более, РФ будет председательствовать в Арктическом совете в 2021-2023 годах.

В январе 2018 года в Поднебесной издали «Белую книгу», в которой впервые было систематизировано и оформлено видение КНР относительно Арктики, как направления внешней политики. В этом документе Пекин признал, что деятельность Китая в Арктике вышла за рамки простых научных исследований и расширилась в различных областях арктических отношений, включая платформы глобального управления, регионального сотрудничества, двусторонних и многосторонних отношений[3]. В «Белой книге» упоминается трансарктический морской маршрут, именуемый «Ледовым шелковым путем». Речь идет об использовании северных морских путей для сокращения сроков коммерческих перевозок из КНР в Европу и уменьшения китайской зависимости от традиционных южных морских маршрутов через Малаккский пролив и Суэцкий канал. В июне 2018 года Владимир Путин совершил визит в Китай для встречи с Си Цзиньпином. Тогда была достигнута договоренность о стратегическом партнерстве двух стран, в том числе о сотрудничестве в Арктическом регионе для реализации совместных проектов по развитию инфраструктуры, научным исследованиям, использованию Северного Морского пути. Примечательно, что в эти же дни проходил 44-й саммит G7 в Канаде, на котором обсуждались проблемы российской угрозы в сфере безопасности, а также торговых войн. В рамках июньских встреч КНР и РФ договорились о кредитном соглашении до 9,5 миллиардов долларов между Внешэкономбанком России и Банком развития Китая. Эта сумма открыла возможности для инфраструктурных проектов в рамках Северного морского пути вдоль российских границ. В планах Пекина – создать «Ледовый шелковый путь», важной частью которого станет Северный морской путь. Но постройка арктической инфраструктуры и судов ледового класса требуют колоссальных инвестиций, которые способна предоставить КНР. Тут интересы обеих стран и совпадают.

Однако на «Ледовом шелковом пути» не заканчиваются потребности Пекина. И следующий логичный шаг – работа в направлении обеспечения собственной навигации по Северному морскому пути. Это необходимо для уменьшения зависимости от РФ в будущем. Однако неизвестно, согласятся ли на предоставление таких прав в Кремле, которые считают СМП своим, и планируют ввести контроль за навигацией иностранных суден на этом пути. Добыча энергетических ресурсов и исследовательская деятельность в Арктике тоже расценивается как угроза для НАТО. То есть порог от научной деятельности и разработки месторождений природных ресурсов до увеличения военного присутствия может быть достаточно незначительным. К примеру, китайская научно-исследовательская станция на Шпицбергене, открытая в 2003 году Полярным научно-исследовательским институтом Китая, проводит метеорологические исследования, мониторинг ледников. Однако в Министерстве обороны США считают, что обычные научные исследования могут быть основой для увеличения военного присутствия.

Относительно военных угроз от КНР в Арктике все чаще предупреждают американские эксперты и официальные лица. Если Пекин стремится присутствовать на Севере, вариант защиты своих интересов при помощи военной силы не может не рассматриваться. Тем более, Китай имеет подобный опыт, пытаясь доминировать в Южно-Китайском море и противостоять там флоту США. О работах КНР по увеличению возможностей проекции силы в Арктике достаточно мало ведомостей. В первую очередь следует обратить внимание на разработку ледоколов и подводных лодок, способных действовать в арктических широтах. В 2019 году стало известно о планах Китая начать строительство атомного корабля водоизмещением 30 тыс. тонн, который описывается в документации как экспериментальная платформа. Пока у Китая есть только подводные лодки с ядерной силовой установкой. Поэтому разработка такой платформы может дать толчок для развития таких кораблей, как атомных ледоколов и авианосцев[4]. Еще одной потенциальной угрозой в Пентагоне считают разработку Китаем атомных подводных лодок для действий в Северном Ледовитом океане. Об этом сообщалось в ежегодном Докладе Пентагона для Конгресса о состоянии Вооруженных сил Китая за 2019 год. Китайский флот имеет
4 атомные подводные лодки с баллистическими ракетами, 6 многоцелевых атомных подводных лодок, а также 50 подводных лодок с обычными силовыми установками[5].

Модернизация подводного флота является одним из приоритетов для НОАК на ближайшие десятилетия. Планируется также разработка субмарин, способных оперировать в условиях Арктики, в том числе с возможностью всплытия на поверхность сквозь лёд. По различным оценкам, к 2030 году количество китайских субмарин может увеличится от 76 до 110 единиц[6]. В дальнейшем такое увеличение военных возможностей КНР на море может составить конкуренцию даже сегодняшнему союзнику в виде РФ. Глобальный интерес к Арктике подогревается растущими «аппетитами» судоходства, добывающей промышленности и рыболовства, что открывает более широкий доступ к данному региону. Особенно это касается планов РФ и КНР, которые заинтересованы в развитии морского судоходства между Азией и Европой, строительстве портов и инфраструктуры для обеспечения торговых путей. Хотя в российской и китайской арктических стратегиях уже сейчас можно найти противоречия, пока в акцентировании внимания на них не заинтересована ни одна из сторон. Учитывая ускорение наступления Китая на Север, где РФ вряд ли сможет удержать свои позиции длительный период и, скорее всего, окажется в роли «младшего партнера», США и их союзникам по НАТО придется дать адекватный ответ. В частности, использовать свои силы и средства, благодаря которым Второй флот ВМС США смог бы более заметно присутствовать в этом регионе.

______

[1] thebarentsobserver.com/en/security/2020/09/natos-n…

[2] mc.nato.int/media-centre/news/2020/nato-begins-coo…

[3] eadaily.com/ru/news/2020/01/14/territoriya-konflik…

[4] www.scmp.com/news/china/military/article/3002455/c…

[5] www.reuters.com/article/us-usa-china-military-arct…

[6] naukatehnika.com/novoe-pokolenie-atomnyh-podvodnyh…