29 сентября, 2017

Возможные последствия референдума о независимости Иракского Курдистана

AFP/Scanpix
A man waves a Kurdish flag in central Kirkuk on September 24, 2017, on the eve of the independence referendum for the Kurdistan region.
A man waves a Kurdish flag in central Kirkuk on September 24, 2017, on the eve of the independence referendum for the Kurdistan region.

Эйфорические торжества продолжаются в столице Иракского Курдистана Эрбиле, и флаги с желтым солнцем развиваются высоко.

Для многих местных жителей сбылась их искренняя мечта. Результат референдума оказался таким, как и можно было ожидать – 92% голосовавших проголосовали в пользу отделения Курдистана от Ирака, несмотря на то, что высокие деятели Курдского района Ирака (КРИ) разумно подтвердили, что референдум еще не означает представления декларации о независимости.

Но, как и можно было ожидать, желтое солнце уже стали закрывать темные тучи. Еще в сентябре, Конституционный суд Ирака принял решение о незаконности референдума. Несмотря на ожидания международной общественности, курдские лидеры не затеяли правовой спор, вместо чего они продолжили организацию референдума. У твердого действия были несколько внутриполитических причин. Не останавливаясь на них подробно, я назову плохое экономическое состояние, из-за чего государственным сотрудникам иногда месяцами не выплачивается зарплата, высокую безработицу (особенно среди молодежи), глубокие разногласие между партиями, широко распространенную коррупцию и систему покровительства, институциональный вакуум, продление срока полномочий президента без выборов и т.д. По мнению многих местных критиков все вышеупомянутое является причиной того, почему манипуляция национальными чувствами достигло своего пика и референдум провелся именно сейчас – без этого, популярность Демократической партии Курдистана (ДПК) клана Барзани была бы в опасности. Результаты референдума также сложно воспринимать всерьез из-за слухов о фальсификации, принужденном голосовании «за» и угрозах.

Параллельно с кампанией KDM (Курдского демократического движения), гласившей «Сейчас настолько же удачное время, как любое иное», проводилась также кампания «Не в данный момент» (“No for now“) которую поддерживало международное сообщество. Влиятельные государства решили, что референдум стоило бы провести тогда, когда ключевые проблемы региона, например победа над экстремизмом, находятся ближе к своему решению. По этой причине, США и ее союзники, как и более важные международные организации, дистанцировались от этого процесса. Большинство аналитиков, особенно расположенных в соседних странах предупреждали, что помимо реакции Багдада, референдум повлечет за собой множество опасностей и отрицательных реакций со стороны Турции и Ирана, где также проживают крупные курдские общины и кто ощущают пример КРИ как потенциальную угрозу национальной безопасности. Наши предупреждения сбылись. КРИ, не имеющий выхода к морю, теперь один противостоит превентивным мерам региональных стран, образовавших вокруг него круговую оборону. Единственную поддержку район получает от Израиля, что действует как красная тряпка для быка для других стран региона. Так называемый «курдский вопрос» заставил обычно конкурентных Анкару, Тегеран и Багдад впервые за многие годы координировать свои действия и принимать совместные контрмеры.

Уже несколько дней спустя мы смогли наблюдать начало процессов, которые несомненно не пойдут на пользу обычным гражданам КРИ. Багдад вводит запрет на полеты, Иран, Египет, Турция и Ливанская авиакомпания MEA прекращают или уже прекратили полеты в Эрбиль. Турция призывает своих граждан покинуть КРИ и угрожает закрыть джейханский нефтепровод. Иран и Турция начали для демонстрации сил многодневною кампанию с трансграничными бомбардировками под эгидой борьбы с терроризмом; военные учения Турции на границе привлекли внимание глобальных СМИ. Также стоит не забывать, что у Турции уже есть готовые к использованию военные посты на территории КРИ. Реакции соседей несомненно движима внутренней политикой и КРИ ожидает стабилизации положения в ближайшее время, но заявления, сделанные политиками обеих стран, настоящие контрмеры дают лишь представление о том, что грядет.

В ближайшие недели стоит не спускать глаза с Киркука, где находится примерно 40% нефти Ирака. Нефть – это главный источник дохода КРИ и Киркук является одним из спорных территорий, где референдум провели несмотря на противостояния Багдада и местных меньшинств. Город находится под контролем Пешмерги, но главный работодатель многочисленных государственных служащих – центральное правительство Багдада. Многие местные опасаются, что армия Ирака и Силы народной мобилизации (PMU) начнут в деревнях вблизи Киркука совместную операцию под эгидой борьбы с Даешем, которая не закончится до того, как Киркук или по крайней мере нефтяные месторождения будут также находится под властью центрального правительства. Если этот сценарий осуществится, КРГ несомненно попадет в крайне сложное положение как в плане безопасности, так и в экономическом плане.

Учитывая обстоятельства, Иракский Курдистан будет в положении, где он будет вынужден делать уступки великим державам в регионе, и поставить свои амбициозные стремления к независимости под большой вопрос. Промедление с референдумом или подача апелляции против решения конституционного суда предоставило бы получше возможности переговоров с Багдадом, особенно после общенациональных выборов. Теперь же международно признанное центральное правительство может отложить любые переговоры или удалить их из своего списка приоритетов. Задержка процесса пойдет Багдаду на пользу – в КРИ немало тех, кто уверяют, что гражданская преданность, полученная в результате покровительства, тактики запугивания и прочих недемократических средств будет понижаться рука об руку с экономическим спадом. К тому времени, лидерам КРИ придется тягаться не только с внешними великими державами, а также с уже новыми и сложными внутренними проблемами.

No comment yet, add your voice below!


Add a Comment