12 июня, 2020

Столкновения между старым и новым историческим сознанием

EPA/SCANPIX
Пророссийский боевик в форме советских времен стоит возле пулемета перед представлением, посвященным 75-летию победы во Второй мировой войне, в Донецке, Украина, 9 мая 2020 года.
Пророссийский боевик в форме советских времен стоит возле пулемета перед представлением, посвященным 75-летию победы во Второй мировой войне, в Донецке, Украина, 9 мая 2020 года.

Поскольку коллективные воспоминания имеют тенденцию блекнуть и забываться, крайне важно включить суть исторических уроков современной Европы в наше формальное и неформальное образование, а также в новую медийную экосистему для формирования у молодежи ценностей и отношения к демократическим принципам.

Насколько важна и ценна идея искреннего примирения в вопросах исторической памяти стран Центральной и Восточной Европы? На протяжении тысячелетий историческая наука разных государств и народов строилась по одному и тому же принципу: благодаря предвзятому отбору удобных фактов, умалчиванию противоречивых деталей и культивированию различных мифов создавались долгоживущие нарративы, направленные на формирование массового сознания. Какими бы сложными, многогранными и неоднозначными они ни были, их деконструкция в конечном итоге сводится к простым ответам на простые вопросы: кто были хорошие парни? Конечно, мы! Кто были плохие парни? Естественно, наши враги и в общем все, кто был против нас!

Помнить об ответственности

Насколько бы противоречивой ни была мировая история, из этого логичного уравнения есть очень мало исключений, наиболее ярко выраженным из которых является Германия. Там после 1945 года национальный исторический нарратив был построен по противоположному сценарию: “мы были плохими парнями, а наши недавние враги были хорошими героями”. Невозможно представить исторический дискурс современной Германии без её глубокого раскаяния за зверства и преступления Второй мировой войны. Покаяние пронизывает многие современные сферы и присутствует в многочисленных выступлениях общественных деятелей, в немецкой литературе и кино, а также в топонимике Берлина и других городов, усыпанных памятниками, музеями и названиями улиц, которые напоминают об ответственности и направлены на осуждение той прежней Германии за ее жестокие преступления.

С её необычной национальной героикой, вывернутой наизнанку, Германия, не осознавая этого, стала законодателем нового мышления, где слепая гордость за лидеров и генералов, недальновидные победы и триумфы становится все более признаком безвкусицы. Основой этого нового мышления является способность каяться, извиняться, нести ответственность за проступки предков, устанавливать памятники всем жертвам трагедии, признавать несправедливость, умение и желание видеть историю войны глазами обычного рядового солдата или изнасилованной женщины. Сила этого повествования заключается в его коллективности, поскольку оно эмоционально разделяется немецким народом, при этом не будучи воспринятым как элитарный политический конструкт истории.

Есть много других примеров построения в Центральной и Восточной Европе исторической памяти на очень похожих принципах. Это, прежде всего, интерпретация Второй мировой войны как трагедии для всех народов региона, которые стали жертвами двух тоталитарных режимов. Это также отражено в известной формулировке «Мы прощаем и просим прощения», которая, например, является единственно возможной в контексте польско-украинского взаимопонимания и разумного примирения между этими народами. Другое общепринятое выражение «Никогда снова!» используется нынешними поколениями для выполнения основной обязанности напоминать будущим поколениям не повторять опасных ошибок с убийственными последствиями и не ставить под угрозу мир и стабильность в Европе.

Инвестировать время и сострадание

Для сохранения сегодняшней релевантности исторических воспоминаний к социокультурным вызовам завтрашнего общества, важно, чтобы экспертное сообщество, историки, журналисты, работники образования и гражданское сообщество вкладывали свои усилия в определение и создание новых форматов обучения и новых медиа, чтобы привлечь к теме молодые поколения и формировать их восприятие демократических ценностей в Европе.

Поскольку этот процесс требует и сопереживания, и терпения, не приходится ожидать быстрых результатов или простых решений, особенно с учетом постыдно известных вмешательств Кремля с желанием переписать неудобные и обвиняющие его страницы современной истории и его попытками использовать сфабрикованные исторические события в рамках массовых кампания по дезинформации. Для Кремля историческое прошлое превратилось в идеологическое настоящее.

В своих законных стараниях создать свою национальную память и иметь действительно легитимную историю страны Центральной и Восточной Европы не должны озираться на если ещё не уничтоженную, то однозначно сильно подавленную совесть российского народа. Такие страны, как Россия, в которой все еще доминирует старое видение истории, уже воспринимаются как отсталые, почти варварские, но рано или поздно – в результате сильных общественных столкновений, резонансных дебатов и эмоционального возрождения – они примут новое историческое сознание, что и будет важным шагом к примирению.

No comment yet, add your voice below!


Add a Comment